«Это заговор против США». Кого в Белом доме назвали террористами, кому Америка грозит вторжением и в чем обвиняют Россию?

Документ стал одним из самых заметных внешнеполитических шагов новой команды и сразу привлёк внимание экспертов и СМИ.

Новая стратегия заметно расходится с подходами, которые использовались при предыдущих администрациях, и фактически предлагает иной взгляд на то, как Соединённые Штаты должны противостоять экстремизму. В центре внимания теперь оказываются не только сами террористические организации, но и более широкий круг сил, которые, по мнению Вашингтона, способствуют их усилению.

В документе подчёркивается, что борьба с терроризмом должна соответствовать принципу «Америка прежде всего», который Трамп сделал основой своей политики. Иными словами, приоритетом объявлена прежде всего защита американских граждан, а также предотвращение любых угроз, способных нанести вред безопасности страны.

В стратегии говорится, что ключевая задача США — не только отражать непосредственные террористические угрозы, но и ослаблять каналы поддержки, благодаря которым экстремистские группы получают ресурсы, политическое прикрытие и возможности для расширения своего влияния. Такой подход делает акцент на профилактике, международном давлении и более жёстком отношении к государствам и структурам, которые, по оценке Вашингтона, создают благоприятную среду для терроризма.

По сути, новый документ отражает более жёсткую и прагматичную линию Белого дома, в рамках которой борьба с терроризмом связывается не только с силовыми мерами, но и с внешнеполитическим давлением. Именно поэтому стратегия вызывает столько вопросов: она может повлиять на отношения США с рядом стран, изменить список приоритетных угроз и расширить круг тех, кого в Вашингтоне будут считать причастными к поддержке экстремизма.

О том, кого теперь США считают террористами, в чём администрация обвиняет бывшего президента Джо Байдена, вторжением в какие страны грозит Вашингтон и при чём здесь Россия, — в материале «Ленты.ру».

Новый документ не только уточняет подход к вопросам национальной безопасности, но и вводит существенно иное толкование самого понятия «террорист». Это означает, что власти США намерены расширить и сделать более жесткими критерии, по которым могут классифицироваться потенциальные угрозы. Кроме того, такой шаг отражает стремление администрации пересмотреть прежнюю стратегию борьбы с экстремизмом и усилить контроль над теми, кого считают опасными для страны.

В частности, теперь к числу террористов администрация Трампа относит следующие категории лиц и групп, исходя из обновленных политических и идеологических критериев. Такой подход показывает, что акцент делается не только на непосредственных действиях, но и на признаках, которые, по мнению авторов документа, могут свидетельствовать о враждебности к государству. Тем самым список потенциально опасных субъектов становится шире и включает более широкий круг угроз.

Одновременно авторы текста возлагают ответственность за усиление террористической угрозы на бывшего президента США Джо Байдена. По их мнению, именно решения предыдущей администрации привели к ослаблению контроля над ситуацией и создали условия, при которых риск новых нападений заметно вырос. В документе подчеркивается, что миграционная и пограничная политика прежних властей сыграла ключевую роль в ухудшении общей обстановки.

«Мы способны нейтрализовать каждую из этих групп, однако угроза остается масштабной и затрагивает множество направлений одновременно. Америка без границ, сформированная при администрации Байдена (...) привела к тому, что мы потеряли больше наших граждан, чем всех американских военнослужащих с 1945 года», — говорится в тексте. Таким образом, авторы не только описывают уровень опасности, но и используют его как аргумент в пользу необходимости более жестких мер, усиления пограничной политики и пересмотра прежних решений в сфере безопасности.

Новая стратегия противодействия терроризму и транснациональной преступности делает особый акцент на перекрытии каналов поставки наркотиков в страну, а также на системном ослаблении и последующем разгроме наркокартелей, которые обеспечивают этот поток. В документе подчеркивается, что борьба должна вестись не только на уровне правоохранительных мер, но и через комплексное давление на финансовые и логистические сети преступных группировок.

В тексте отдельно говорится, что в арсенал таких мер входят санкции, перехват танкеров так называемого «теневого флота» и скрытые операции, призванные сделать финансирование, поддержку и снабжение враждебных режимов максимально затратными и рискованными. Особое внимание уделяется пресечению передачи технологий двойного назначения, прежде всего беспилотных систем, которые могут использоваться в военных и диверсионных целях. Таким образом, стратегия ориентирована не только на борьбу с отдельными поставками, но и на разрушение всей инфраструктуры, обеспечивающей подобную деятельность.

Кроме того, документ прямо называет одной из задач нейтрализацию лидеров банд и наркокартелей, чтобы нарушить систему управления и дезорганизовать их координацию. Для выполнения этих целей допускается участие американских разведывательных структур, включая Центральное разведывательное управление (ЦРУ), что свидетельствует о намерении сочетать открытые и закрытые методы воздействия. Авторы стратегии исходят из того, что лишение преступных сетей руководства, ресурсов и внешней поддержки должно заметно снизить их возможности и сократить масштабы угрозы.

Администрация Трампа также заявила о намерении полностью ликвидировать исламистские группировки, которые, по мнению Вашингтона, представляют серьезную угрозу международной безопасности и стабильности в ряде регионов. Речь идет, в частности, об «Аль-Каиде» (запрещенной в России террористической организации), «Вилаят Хорасан» (структуре афганского крыла запрещенной в России террористической организации «Исламское государство», ИГ) и «Братьях-мусульманах» (признанных террористической и официально запрещенной на территории России).

Подобные заявления обычно сопровождаются заявлениями о необходимости усиления борьбы с экстремизмом, предотвращения новых атак и защиты мирного населения. В Вашингтоне подчеркивают, что деятельность этих организаций связана с насилием, радикализацией и преследованием религиозных общин, в том числе христиан.

Одновременно США позиционируют себя как защитника христианства и религиозной свободы, указывая на то, что террористические группировки совершают нападения на верующих, уничтожают культовые объекты и запугивают местное население. На этом фоне американские власти стремятся представить свою политику как часть более широкой борьбы не только с терроризмом, но и с религиозным экстремизмом в целом.

Контртеррористическая стратегия также уделяет внимание так называемым «внутренним врагам», к которым в документе отнесены левые радикалы, участвующие в экстремистских группировках. Подобная риторика отражает стремление властей расширить рамки наблюдения не только за внешними угрозами, но и за политически мотивированными движениями внутри страны.

В документе подчеркивается, что для выявления таких лиц будут задействованы все доступные конституционные механизмы. Речь идет о систематическом отслеживании их деятельности на территории США, установлении личностей участников, а также о сборе информации об их связях с международными объединениями, включая «Антифа». Кроме того, стратегия предполагает использование инструментов правоохранительных органов для быстрого пресечения их активности и предотвращения возможных инцидентов. Отдельно отмечается, что аналогичные меры будут применяться и к иностранным государствам или структурам, которых считают спонсорами подобных групп и участниками антисистемных заговоров против США.

Тем самым стратегия формирует более широкую рамку противодействия радикализации, рассматривая внутренние политические экстремистские сети как часть общей угрозы национальной безопасности. Такой подход показывает, что борьба с терроризмом в документе понимается не только как противодействие отдельным преступным эпизодам, но и как постоянный мониторинг идеологических, организационных и финансовых связей, способных поддерживать радикальную активность.

Новый стратегический документ резко критикует внешнеполитический курс бывшего президента США Джорджа Буша-младшего, при котором под лозунгом борьбы с терроризмом были развязаны войны в Афганистане и Ираке. По мнению авторов, подобный подход привел к масштабным последствиям для всего мира, однако при этом в тексте сохраняется и поддержка жестких мер в отношении ряда государств Латинской Америки, если Вашингтон сочтет их действия угрозой для своих интересов. Таким образом, стратегия сочетает в себе как осуждение прошлых интервенций, так и готовность использовать силовое давление в западном полушарии.

Отдельное внимание в докладе уделяется событиям, связанным с Венесуэлой. Авторы напоминают об операции по задержанию президента страны Николаса Мадуро, проведенной в январе этого года, когда его обвинили в предполагаемой подрывной деятельности против Соединенных Штатов. Этот пример, по мнению составителей документа, демонстрирует, что американская политика в регионе по-прежнему строится на принципах давления, вмешательства и демонстрации силы. В тексте подчеркивается, что подобные действия могут рассматриваться как инструмент защиты геополитического влияния США в Латинской Америке.

«Операция "Абсолютная решимость" доказывает, что "поправка Трампа", представляющая собой современный вариант доктрины Монро, уже стала реальностью в нашем полушарии», — говорится в стратегии. Иными словами, авторы документа фактически признают, что идея приоритета интересов США в западном полушарии уже реализуется на практике. Это означает не только усиление контроля над регионом, но и готовность Вашингтона использовать любые доступные инструменты для сдерживания неугодных правительств и сохранения своего доминирующего положения.

Новая контртеррористическая стратегия США демонстрирует, что Вашингтон намерен усиливать давление на страны Латинской Америки и сохранять за собой право на силовые действия вне зависимости от того, какую позицию занимают их правительства. Это создает дополнительную напряженность в регионе, где и без того сохраняются серьезные проблемы, связанные с организованной преступностью, политической нестабильностью и борьбой за влияние между внешними игроками.

В документе подчеркивается, что США будут продолжать военные и правоохранительные операции против всех картелей и преступных группировок, которые президент страны отнесет к террористическим организациям. При этом в стратегии отдельно говорится, что сотрудничество с местными властями возможно лишь в тех случаях, когда они сами будут готовы к такому взаимодействию и смогут обеспечить его практическую реализацию. Таким образом, Вашингтон оставляет за собой широкий простор для самостоятельных действий, формально не исключая и координации с партнерами в регионе.

Особое внимание привлекает тот факт, что контртеррористическая стратегия США почти не затрагивает Россию напрямую. Однако авторы документа все же включили в текст обвинения в адрес Москвы, Пекина и Тегерана, утверждая, будто эти страны могут быть заинтересованы в передаче латиноамериканским картелям технологий для создания вооружений и беспилотных летательных аппаратов. При этом никаких подтверждений этим заявлениям представлено не было, что ставит под сомнение обоснованность подобных формулировок и указывает на их скорее политический, чем доказательный характер.

В опубликованном документе, как отмечается, отдельное внимание уделяется фигуре Мохаммада Шарифуллы, который также известен под псевдонимом «Джафар». Он считается членом группировки «Вилаят Хорасан», входящей в афганское крыло запрещенной в России террористической организации «Исламское государство» (ИГ), и, по имеющимся данным, является одним из организаторов теракта в «Крокус Сити Холле» в марте 2024 года. Упоминание его имени в стратегии подчеркивает важность расследования международных связей террористических структур и их участия в громких нападениях.

Кроме того, в документе приведена фотография, на которой запечатлены арест и последующая экстрадиция террориста в США. Также в стратегии говорится, что Шарифулла был причастен к организации атак на американских военных в Афганистане, что свидетельствует о его длительной вовлеченности в деятельность радикальных группировок. Подобные данные позволяют лучше понять масштаб угрозы, которую представляют подобные боевики, а также показывают, как их действия могут быть связаны с терактами в разных странах и регионах.

Таким образом, документ не только фиксирует конкретные эпизоды биографии Шарифуллы, но и демонстрирует более широкую картину транснациональной террористической активности. Подобные материалы важны для анализа механизмов вербовки, подготовки и координации подобных преступлений, а также для оценки мер, направленных на противодействие террористическим угрозам.

Авторы документа, помимо России, отдельно критикуют и Европу, настаивая на том, что ей необходимо значительно ужесточить миграционную политику и, по их мнению, вернуться к «здравому смыслу» в вопросах безопасности и общественного порядка. По их оценке, европейские страны слишком долго откладывали решение проблем, связанных с неконтролируемыми миграционными потоками и радикализацией отдельных групп населения. В результате, считают они, это создало дополнительные риски для внутренней стабильности.

«Бесконтрольная массовая миграция стала каналом распространения террористов. Европа может вновь стать сильной, если она будет вести честные дискуссии об исламизме, а также перестанет игнорировать связанные с ним угрозы (...) переложит бремя борьбы с терроризмом на плечи тех, кто возьмет на себя большую ответственность за собственную безопасность. Это включает в себя операции по борьбе с терроризмом в Африке», — говорится в стратегии. Авторы подчеркивают, что речь идет не только о контроле на границах, но и о более широкой системе мер, включающей предотвращение радикализации, усиление спецслужб и международное сотрудничество. По их мнению, только такой подход позволит европейским государствам укрепить безопасность и снизить уровень террористической угрозы.

Таким образом, в документе миграция и борьба с терроризмом рассматриваются как взаимосвязанные вопросы, требующие более жесткой и последовательной политики. Авторы фактически призывают европейские власти отказаться от прежней мягкой линии и перейти к более решительным действиям как внутри континента, так и за его пределами.

Источник и фото - lenta.ru